Retail Life!

Появится ли на российском онлайн-рынке свой монополист вроде Alibaba или Amazon с долей в 50% рынка?

Публикуем четвертую часть тезисов пленарного заседания «Электронная торговля в ритейле: драйверы роста», которое прошло в первый день работы V Международного форума «Неделя Российского Ритейла-2019», 3 июня. С первой, второй и третьей частью выступлений можно ознакомиться по ссылкам.

В пленарном заседании приняли участие руководители крупнейших торговых сетей и интернет-магазинов в России, а также представители аналитических центров. Модерировал дискуссию Иван Кургузов, руководитель кластера «Электронная коммерция» в Российской ассоциации электротехнических компаний (РАЭК).

Илья Кретов, генеральный директор eBay Россия: — Коллеги, как вы считаете, как долго продержатся бизнес-модели посредников типа Instamart, поскольку сейчас именно они решают проблемы неэффективности торговых сетей в онлайне?

И второе: у X5 Retail Group был проект E5, про который уже многие забыли. У них была и сеть, и пункты выдачи, как во Франции, что было сделано не так и как этого избежать?

Леонид Довладбегян, директор по электронной коммерции сети «Перекресток» группы компаний X5 Retail Group: — Что касается Instamart, он решает не миссию закупки, а удовлетворяет потребность в дозакупке. То есть когда клиент хочет поесть сейчас. Я верю в этот рынок, и верю, что он связан не только со слабостью сетей, но и с тем, что эти игроки должны предоставлять определенную агрегацию и выбор из нескольких магазинов. Миссия «поесть сейчас» близка к ресторанной агрегации, которая хорошо работает. Просто в ресторанной агрегации чуть выше маржинальность, и поэтому она работает лучше (я имею ввиду Delivery club и «Яндекс.Еду»). Я думаю, что на этом рынке будет пара сильных игроков, которые будут конкурировать с торговыми сетями.

Отвечая на вопрос про Е5, скажу, что он был прежде всего non-food проектом, а во-вторых, многие хорошие вещи просто случаются не вовремя.

Константин Локтев, директор по работе с ритейлерами Nielsen Россия: — Я считаю, что будущее у этих сервисов есть. Объясню. Любой ритейл-бизнес базируется на эффективности его бизнес-модели. Если X5 эффективнее доставлять самостоятельно, они будут доставлять самостоятельно. Но в России есть множество сетей поменьше, для которых выстраивать логистику до конечного покупателя просто невыгодно. Им будет выгоднее передать это на аутсорс, что и происходит сейчас. Так что у сервисов доставки есть будущее, как минимум на ближайшие 5 лет.

Модератор: — А их не вытеснят из маркетплейсов кто-нибудь вроде «Беру», Wildberries, Lamoda?

Леонид Довладбегян, директор по электронной коммерции сети «Перекресток» группы компаний X5 Retail Group: Это только звучит как один и тот же онлайн, а на деле это разные бизнесы. Wildberries и Lamoda — это сервисы с выбором товаров, поиском, листингом, а мы говорим про геотаргетированные сервисы. Если Wildberries и Lamoda захотят играть на этом рынке, то они просто сделают отдельные приложения для этого.

Вопрос из зала: — Сейчас в fashion-оффлайне пошла тенденция на создание флагманских офлайновых магазинов. Hugo Boss, Chanel открывают свои монобрендовые магазины, а долю своей продукции в мультибрендовых бутиках типа Стокманна сокращают. Если такое будет происходить и в FCMG, изменит ли это потребительский спрос, статистику, экономическую картину?

Алексей Белкин, партнер бизнес-консалтинговой компании McKinsey & Company: — Это уже происходит. Мы видим сеть «Красного октября», «Мираторг». Это вопрос стратегии самого бренда. Зачем они это делают? Их цель, в общем виде — снизить свою зависимость от больших ритейлеров для того, чтобы получить данные от потребителей и правильно управлять ассортиментом. Они не всегда получают данные в нужных разрезах от крупных сетей. Во-вторых, в монобрендовых магазинах они пробуют новые артикула быстрее, чем могли бы это сделать в сетях. Сказать, что это изменит структуру потребления, и люди начнут ходить за шоколадом «Аленка» в магазин «Аленка», а за мясом от Мираторг в магазин «Мираторг», и так далее, нельзя. Это товары low involvement group, на которые потребители не тратят много времени, поэтому немногим брендам удастся возвыситься настолько, чтобы покупатели уделяли ему столько внимания.

Леонид Довладбегян, директор по электронной коммерции сети «Перекресток» группы компаний X5 Retail Group: — Я тоже в эту историю не особо верю. «Мираторг», кстати, свой онлайн-магазин закрыл. Если посмотреть на закупки впрок в онлайне, то у нас в среднем заказе порядка 40 SKU весом 27,5 кг. А теперь представьте продуктовый товар одного бренда с таким весом. 27 килограмм «Аленки»? Закупки впрок — это широкий ассортимент, и здесь монобрендовые магазины не так актуальны, как в fashion.

Вопрос из зала: — Коллеги, добрый день. Армен, Российский экспортный центр.  У нас есть игрок номер 1 на международном рынке — это Китай, и у Alibaba Group 50% доли на рынке. Есть рынок номер 2, это США и Amazon. В России у Wildberries меньше 10%, где-то 8. Вопрос: мы идем по тому же пути, что и США и Китай, или у нас какой-то собственный путь, при котором у нас не будет одного доминанта, который захватит рынок?

Алексей Белкин, партнер бизнес-консалтинговой компании McKinsey & Company: — Мы верим, что на рынке точно будет консолидация, может быть, не в 1-2, а в 5-7 игроков с разными долями. Причина, почему это начинается только сейчас, в том, что логистика на всю страну у нас гораздо тяжелее. США стартовали на готовой логистической цепи, которая была построена 50 лет назад, Китай построил ее с нуля, но опережающими темпами, в том числе и благодаря софинансированию со стороны государства. Мы развиваемся медленно, но консолидация будет.

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.